Эмпирическая (советская) или Доказательная (западная) медицина

Я начал свою карьеру врача в 1984 году. В то время уже существовали проекты по компьютеризированной диагностике, но всё же главным был институт авторитетов в медицине. Я помню, с каким благоговением мы относились к кардиологии Чазова и Мясникова.

В каждой специальности были свои авторитеты. Всесоюзного уровня и свои, близкие.

Помню, когда я ещё учился в интернатуре, меня назначили ответственным за палату с непонятным пациентом, у которого была сложная и запутанная симптоматика. К тому времени я уже несколько лет работал на «скорой помощи». Будучи студентом медицинского вуза, я был вторым работником — фельдшером. Иногда, из-за нехватки врачей, мне приходилось выезжать на вызовы без помощника, а порой даже заменять врача.

Я проходил интернатуру в клинической больнице, где также располагалась кафедра медицинского института. В частности, это была кафедра пропедевтики внутренних болезней под руководством профессора Валентина Александровича Белова. Он был уникальным диагностом с невероятным клиническим чутьём.В моей палате лежал 42-летний пациент, которому не могли поставить диагноз из-за странных и противоречивых симптомов.Интернатуру я проходил в клинической больнице, что означает, что в этой больнице присутствовала кафедра медицинского института. В частности, кафедра пропедевтики внутренних болезней под руководством профессора Белова Валентина Александровича. Честно говоря, уникальный диагност с невероятным клиническим чутьем. Так вот, в моей палате лежал 42-летний пациент и никто не мог поставить ему диагноз. Очень странные и противоречивые симптомы.

Как было положено в те времена, профессор кафедры делал обходы. Ознакомившись с историей болезни моего пациента, он вдруг сделал заявление: — А не синдром ли Такаясу у него?

Дело в том, что синдром Токоясу (как по учебнику) встречается 1/500000, то есть очень редко, да и симптоматика по учебнику и у больного различались.

Доверяя авторитету профессора, назначили дополнительные диагностические анализы и скорректировали лечение. Анализы подтвердили, а лечение помогло больному.

Доказательная медицина в данном случае была бы бессильна, потому что не хватало доказательных симптомов для постановки диагноза и, следовательно, не было бы назначено необходимое лечение. Кстати, лечение тому пациенту было назначено не строго по учебнику, а интуитивно-симтоматическое, индивидуально адаптированное профессором Беловым.

Как в стародавние, и в советское время, каждый врач лечил по своему разумению.

Плохо это или нет?

Если врач разумный и следует главной заповеди — «Не вреди!», то у больно были очень высокие шансы.

В Дренем Китае был другой принцип: врач, не вылечивший больного, был казнён.

Постсоветская медицина выбрала ОМС и доказательную медицину. Лечат по алгоритмам, а врач , отклонившийся от доказанных методов может быть подвергнут штрафу.

У меня было время попрактиковать до внедрения доказательной медицины. Лечил, как знал и умел, применяя опыт и интуицию. Статистику не вел, но результат больше в мою сторону.

Я даже себя несколько раз вылечил вопреки назначенным врачами доказательной медицины средствами.

Я хоть и не из врачебной семьи, но моя двоюродная бабушка была очень хорошей травницей и знахаркой. Я много раз видел, как она помогает. Всякой фигни, вроде заговоров не было. Кстати, она была дворянского происхождения и получила образование еще до революции 1917 года. Во время последующих войн помогала и раненым и больным, К концу жизни выбрала уединенную жизнь, жила одна в далекой деревне и помогала всем нуждающимся.